Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
17:32 

Анализ речевого стиля творчества Канцлера Ги

Задали нам, значит, по риторике написать про чей-то стиль. Про кого я буду писать, даже вопроса не возникло. А особенно я укрепилась в своей мысли, когда наш ритор заявил, что не встречал в последнее время музыкантов, у которых бы были культурно значимые тексты. Ну, сказав тихо "Вызов принят" я, ничьтоже сумняшеся, и написала себе тихо-мирно такую вещь. Прошу сильно тапками не бить >.<

В своей работе я хотела бы проанализировать стиль замечательного русского андеграундного исполнителя – Канцлера Ги. Немного об исполнителе. Канцлер Ги (настоящее имя Котовская Майя Вячеславовна) - основатель, основной автор музыкального материала и «лицо» проекта «Брэган Д’Эрт», автор и исполнитель песен, тематика творчества которого самая разнообразная: от исторической (реалии различных эпох от Древнего Египта и античности до времен Ренессанса) и мифологической (кельтская, германская, афро-карибская мифология) до песен, написанных по мотивам литературных произведений, таких как «Отблески Этерны» Веры Камши, «Бертран из Лангедока» Елены Хаецкой, цикл о Подземье Роберта Сальваторе и других. Значительное место занимают также лирика и пародии. Кроме того, есть песни на стихи известных поэтов прошлого и современности — Н. Гумилёва, Р. Киплинга, У. Б. Йейтса, Р. Бернса, Л. Филатова и др. В произведениях Канцлера Ги наличествует большое количество мистических, околорелигиозных и фольклорных мотивов.
Для этого я выбрала сегодня три разных по тематике произведения, на мой взгляд, замечательно иллюстрирующих стиль исполнителя. Так как его творчество часто связано либо с историей, либо с мифологией, невозможно будет обойтись без предысторий создания песен. Первая песня называется «Плач Гильгамеша об Энкиду». Источником этого трогательного Плача является древнешумерский «Эпос о Гильгамеше», или поэма «О все видавшем», созданная в XXII веке до нашей эры. Прежде чем я приведу текст самой песни, следует вкратце рассказать сюжет самого эпоса. Гильгамеш – могучий воин, царь города Урука. Никто не мог сравниться с ним в силе, и несчетные беды принес он людям, "буйствуя плотью". Молили они богов унять царя Урука. И вот богиня Аруру, вняв им, "отщипнула глины, бросила на землю, \Слепила Энкиду, создала героя", который мог бы обуздать неистовство Гильгамеша. Шерстью было покрыто его тело, жил среди зверей он, "ни людей, ни мира не ведал". Оберегая зверей от охотников, он вызвал их ненависть к себе, но те ничего не могли с ним поделать.
В отчаянии охотники отправились в Урук и пали в ноги царю Гильгамешу, моля избавить их от ненавистного врага. Пустился на хитрость Гильгамеш, посоветовав охотникам отвести к Энкиду блудницу Шамхат - пусть соблазнит его. Так и поступили. Когда же насытился лаской Энкиду, то обнаружил, что ослабело его тело и "разуменьем стал он глубже". Покинули его звери, и тогда Шамхат укорила его, говоря, зачем он ходит со зверьем: "Отведу тебя в Урук, где живет Гильгамеш могучий". Энкиду дал согласие и заявил, что сразится с Гильгамешем. Шамхат же стала увещевать его проявить благоразумие, ибо в вещих снах было предначертано царю огражденного Урука появление друга, и быть ему, Энкиду, тем другом.
Придя в Урук, Энкиду схватился с Гильгамешем в битве, но их силы оказались равны, и в итоге они побратались.
Вступив во владения повелителя кедровых лесов в Ливане, с которым Гильгамеш и Энкиду решили сразиться, Энкиду заболевает и вскоре умирает. Гильгамеш печалится и приказывает сделать статую брата. Он уходит в пустыню, в странствие, осознав свою смертность после смерти друга, он устрашается смерти. Путешествуя, он доходит до края мира, где встречает человека-скорпиона и рассказывает ему о своей печали и о том, что хочет найти Утнапишти, единственного человека, получившего бессмертие, и расспросить его о жизни и смерти. Добравшись до Утнапишти, Гильгамеш рассказывает ему о своём горе и спрашивает, как Утнапишти удалось стать равным богам. Утнапишти рассказывает историю о потопе, в котором выжил только он, и боги приняли его к себе, но для Гильгамеша богов на совет не собрать. Утнапишти говорит Гильгамешу, что есть на дне океана цветок, что даёт вечную молодость, тот добывает его и решает сначала испытать его на старцах Урука. Но по пути обратно змея похищает цветок, и Гильгамеш возвращается ни с чем.
А теперь непосредственно текст песни:

Раскаленным солнцем сжигает кожу,
Ветер сушит слезы и ранит веки.
Я героем был, стал теперь ничтожен -
Ты ушел в закат, ты ушел навеки.

На краю земли, по тропинке ночи
Ты уходишь прочь, я бегу по следу.
Страж ворот земных отвечать не хочет -
Нечем мне помочь, мне твой путь неведом.

Я спрошу ветра севера и юга,
Как разрушить скорбь - я не знаю правил.
Не бывало в мире вернее друга,
Так зачем теперь ты меня оставил?

Я искал ворота в иное царство,
Я швырял проклятья в глухое небо!
И какой же бог нам судил расстаться -
Я не знаю, был ты иль, может, не был.

Я закрыл глаза, позабыв про смелость -
Нити всех дорог у твоей могилы.
Я не знаю сам, что теперь мне делать -
Разве клясть богов в недостатке силы.

Я твое опять повторяю имя,
Лишь кедровый лес отзовется плачем.
Время двинуть вспять, пусть оно застынет.
Знай, что будет так и никак иначе.

Я узнал от тех, кто богов мудрее,
Что растет на свете цветок чудесный.
Он вернет мне смех, он тебя согреет
Горе улетит, умерший - воскреснет.

Вновь пускаться в бег до окраин света
Хоть не привыкать, далека дорога.
Ты меня во тьме ожидаешь где-то.
Для тебя могу стать сильнее бога.

Расцветает солнце бутоном светлым,
Видишь, в небеса улетает сокол.
Я приду к тебе по воде и пеплу,
Я приду к тебе по осколкам стекол.


Первое, что начало меня поражать в творчестве Канцлера Ги – это умение вписывать большое количество значимых деталей в свои тексты. «Я героем был, стал теперь ничтожен», - говорит Гильгамеш, осознав свою смертность. «Лишь кедровый лес отзовется плачем» - лес, в котором и погиб Энкиду. «Вновь пускаться в бег до окраин света» приходится Гильгамешу, где он и встречает человека-скорпиона и не устрашается «стать сильнее бога», лишь бы вернуть своего друга. Гильгамеш «искал ворота в иное царство» и «швырял проклятия в глухое небо», ища Утнапишти, который «богов мудрее» и который рассказал Гильгамешу о том, «что растет на свете цветок чудесный». Атмосфера оригинального произведения достигается в песне благодаря разным фигурам речи. Автор использует такие, как эпитеты: «раскаленное солнце», «глухое небо», «цветок чудесный»; метафоры: «тропинка ночи», «нити дорог», «расцветает солнце бутоном светлым»; перифраз: «стражем ворот земных» называет Гильгамеш человека-скорпиона; синтаксические параллелизмы: «Ты ушел в закат, ты ушел навеки», «Я искал ворота в иное царство, / Я швырял проклятья в глухое небо», «Я приду к тебе по воде и пеплу, / Я приду к тебе по осколкам стекол».
Следующее музыкальное произведение, которое я хотела бы проанализировать, называется так же, как картина художника Ян ван Эйка, написанная в 1435 году, которой был вдохновлен музыкант во время написания песни – «Мадонна канцлера Ролена». Николя Ролен – канцлер герцогства Бургундия, заказавший эту картину.

Где бургундский год и бургундский день
Претворился в век,
С краской перемешивал свет и тень
Мастер Ян ван Эйк.
Окуная в краску гибкую кисть,
Он ловил лисицы-Времени след,
Отпуская душу на волю ввысь,
Он писал портрет,
Где сияло солнце на дне морей,
И плескалась радость в водах зеленых,
Где Печаль и Смерть, преломив копье, отступали прочь...
С неба сквозь леса корабельных рей
Улыбалась кротко людям Мадонна,
Золотом сияли глаза ее, побеждая ночь.

Где соборов кружево сплетено
За щитами стен,
Ночью пьет вино и глядит в окно
Николя Ролен...
Он сплетает судьбы, точно паук,
И уже почти не помнит молитв,
Только в тишине вдруг замкнулся круг –
Воплотился миф.
Отступила затхлость, и умер тлен,
Заплясали искры в гранях оконных,
Дым от свеч застыл между райских роз
Золотым венцом...
В сумерки глядел Николя Ролен,
Преклонив колени перед Мадонной,
И струился свет от её волос
На его лицо.
Праведным тебе уж давно не стать –
Только в этот раз
Не смотри, не думай – не убежать
От Мадонны глаз!
Скорлупа разбита, взломан замок –
Вылетай, душа, в цветное стекло,
Положи себе света лепесток
На холодный лоб.
Звезды попадали в полночный плен,
А художник видел нечто спросонья,
Наблюдая чудо сквозь щель во сне
И шепча «Аминь!»:
Плакал в полутьме Николя Ролен,
Отцветала осень Средневековья,
И летели листья ее к земле
В голубую стынь...


Хочется сразу же сделать оговорку: у Канцлера Ги спрашивали, и Ги подтвердил, что Николя Ролен ни в коем случае не мог испытывать чувств, описываемых в песне, так как в бургундских хрониках прямо указано, что это был максимально практичный, жесткий и приземленный человек, и неизвестно, веровал вообще во что-нибудь. А заказал он эту картину потому, что в описываемый период была мода рисовать портреты людей, беседующих со святыми. Так что это музыкальное произведение – целиком и полностью художественный вымысел.
Перейдем непосредственно к анализу. Фигуры речи, с помощью которых создается атмосфера эпохи: метафоры: «лисица-Время», «соборов кружево», «щиты стен», «сплетает судьбы», «дым от свеч… застыл… золотым венцом», «света лепесток», «щель во сне»; аллегория: «Отцветала осень Средневековья»; олицетворения: «плескалась радость», «Печаль и Смерть, преломив копье, отступали прочь», «отступила затхлость», «умер тлен»; сравнение: «Он сплетает судьбы, точно паук». Также невозможно не заметить, как эта песня насыщена светом и цветом: сияет «солнце на дне морей», плескается «радость в водах зеленых», глаза Мадонны сияют золотом, пляшут искры в гранях оконных, дым от свеч застывает золотым венцом между райских роз, свет от волос Мадонны струится на лицо Николя Ролена, листья осени Средневековья летят в голубую стынь. Музыкант здесь становится таким же художником, повторяя цвета картины в своем произведении. Песня насыщена красным, голубым, зеленым, а главное, золотым цветами. Символика главного цвета - золотого – в христианской традиции – божественность и святость, что полностью отвечает содержанию песни. Таким образом, мы видим, что в произведении нет ни одного случайного образа и цвета.
Последнее творение Канцлера Ги, с которым мне бы хотелось сегодня познакомить вас, называется «Она», где метафорично описывается зима. Предыстория песни такова, что в родном городе музыканта, Екатеринбурге, в год создания произведения была очень затяжная и грязная осень. Все ждали зимы и снега, и, наконец, случился прекрасный снегопад, похолодало,… а через день опять резко потеплело. И родились такие строки:

Она пришла внезапно, белая, словно призрак;
Она тебя накрыла белым своим плащом,
И ты готов был перед нею склониться низко,
Ведь ты устал безумно ежиться под дождем.
Смирись - она умрет сегодня, едва родившись.
Смирись - ведь ты же знал, как короток век ее.
Смирись и успокойся, талой воды напившись,
Смири усталое сердце свое.
О да! ведь ты любил ее лишь одно мгновенье,
О да! тебе оно казалось длиною в век,
Но вот она умрет, и в этом твое спасенье,
Но вот молись за жизнь ее, бедный человек.
Молись - она умрет сегодня без слез и стонов.
Молись - ведь ты же знал, как короток век ее.
Молись - и стает лед ее, край души затронув.
Молись за бедное сердце свое.
Когда она воскреснет и постучится снова
К тебе, открой ей дверь и просто ее убей.
Она любви не знает, ей не знакомо слово,
Она умеет лишь охотиться на людей.
Молись и успокойся, талой воды напившись.
Смирись - ведь ты же знал, как короток век ее.
Зима. Она скончалась, снова едва родившись,
Разбив усталое сердце твое...


Как я уже заметила выше, вся песня является одной большой метафорой. Зима здесь олицетворяется, она «накрывает своим плащом», рождается и умирает, ее век короток, за ее жизнь надо молиться, она умирает без слез и стонов, потом воскресает, стучится в дверь… волшебный образ. Восхищающая сила образности и чувство какого-то напряжения у слушателя, вплоть до слез у особо впечатлительного, достигаются благодаря многочисленным анафорам слов «она», «смирись», «о да!», «молись», строкам-рефренам, таким, как: «Смирись – ведь ты же знал, как короток век ее», «Успокойся, талой воды напившись», иначе приему дистантного повтора, и использованию анжамбемана: «Когда она воскреснет и постучится снова к тебе…» Я решила взять именно это произведение, потому что, во-первых, ни у одного из классиков, пишущих о зиме, я не нашла такого животрепещущего образа, и, во-вторых, потому что мне близко видение зимы автором, я вижу это безрадостное и жестокое время года точно так же.
Творчество Канцлера Ги – это то, что мотивирует меня на расширение кругозора и получения все новых и новых знаний, а следовательно, мотивирует к учебе, это то, что дает ответы на беспокоящие жизненные вопросы и то, что позволяет уйти от порой чрезвычайно серой реальности в мир, полный героев древности, тайн, интриг, магии и чистых и искренних человеческих чувств.

@музыка: Канцлер Ги - Она

@темы: Канцлер Ги, учеба

URL
Комментарии
2013-04-20 в 17:38 

Ёжк
Я вот, честное слово, не видела, что тексты Ги так красивы, пока не прочитала. Так что спасибо тебе большущее за твою работу. И очень хочется надеяться, что препод оценит, потому как Ги правда достоин внимания.
Я бы еще самому Ги показала, ибо это же уруру *_*

2013-04-20 в 17:40 

Марья Алексеевна, во-первых, показывать самому ГИ - это как минимум нескромно). Во-вторых, ссыкотно х) В-третьих, спасибо, но ты просто визуал, тебе было бы достаточно прочесть эти тексты, и оценила бы без меня их красоту). В-четвертых, таки спасибо ^^

URL
   

Записки на манжетах

главная